О малоизвестной атаке шведского города Sordawall в 1705 году

 

 

 

Об авторе.

 

Михаил Юрьевич Данков, родился в 1954 г. в Архангельске. Окончил Петрозаводский государственный университет, научный руководитель исследовательского проекта «Осударева дорога». Автор более 290 научных исследований по истории и культуре Русского Севера. Работа поддерживалась Правительством Республики Карелии, Институтом Петра Великого, Фондом культуры России, Институтом «Открытое Общество», Шведским институтом (Стокгольм), Национальным музеем Мальты (Ла Валетта), Восточно-европейским архивом при университете г. Бремен (Германия). Лауреат литературной премии журнала «Север» за 2016 г.,  лауреат Всероссийской историко-литературной премии «Александр Невский» в 2016 г.

Действительный член Русского Географического общества, член Ассоциации работников «Музеи России», член Союза дизайнеров России, Заслуженный работник культуры Республики Карелия. Живет в г. Петрозаводск.

 

Доклад “Зона ингерманландского противостояния” (О малоизвестной атаке шведского города Sordawall в 1705 г.) был представлен на Седьмой Международной научно-практической конференции “Война и оружие. Новые исследования и материалы”, которая состоялась в г. Санкт-Петербург в  Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи  (ВИМАИВ и ВС) 18–20 мая 2016 г. Решением ученого Совета музея статья опубликована в сб. “Война и оружие. Новые исследования и материалы”. Труды Седьмой Международной научно-практической конференции. Часть II.  СПБ., 2016. С. 235-253.

 

ЗАКРЕПЛЕНИЕ РОССИИ на провинциальных землях Шведского королевства, отторгнутых в 1617 г., после Столбовского мира, означало не только физический возврат утраченных в годы «Смуты» обширных территорий на побережье Балтийского моря, в Приневье, Ынгрии, на Карельском перешейке и в Приладожье, но, что важно, восстановление реноме «отчич и дедич» и укрепление самосознания русских людей. Кардисский «вечный» мирный договор 1661 г. позволил на короткое время лишь утрясти некоторые аспекты, обидные для враждующих сторон¹. Однако Россия, не имея выхода к Балтике, серьезно переживала территориальные утраты начала XVII столетия и ощущала политический и экономический дискомфорт².

1 Кардисский «вечный» мир заключен 21.06 / 1.07.1661 г. между Россией и Шведским королевством в эстляндском местечке Кардис. Была восстановлена граница, установленная в 1617 г. по Столбовскому договору, и к Швеции вернулись отошедшие к России по Валиесарскому перемирию 1658 г. города Кокенгаузен, Дерп, Мариенбург, Анзль, Нейгаузен, Сыренск. Однако русские «гости» могли держать торговые дворы в Стокгольме, Риге, Ревели и Нарве, а шведские купцы в Москве, Новгороде, Пскове и Переславле.

2 Покровский Н.М. Русская история с древнейших времен. При участии Н. Никольского и В. Сторожева. М., 1911. Т. III. С. 104–105.

В этом смысле малоизвестный армейский поход П.М. Апраксина в январе 1705 г. в Северное Приладожье, который завершился стремительной атакой гарнизонных застав и шведского города Sordawall, безусловно, необходимо рассматривать в широком контексте военной обстановки начальных лет Северной войны (1700-1721).

Государь, который «засиделся», назвал неизбежные тяготы Северной войны «троевременной кровавой и весьма опасной школой»³. Хотя первоначально поражение под Нарвой, в ноябре 1700 г. заставило русское правительство предпринять дипломатические усилия, чтобы загасить войну. При посредничестве австрийцев, затем французского монарха Людовика XIV, Петр предлагал Карлу XII мирное решение спора, при котором Россия снимала претензии на пограничные земли⁴.

3 Цит. по кн.: Ключевский В.О. Курс русской истории. Лекция LXI. Т. 2. М.: Историческая библиотека, 2002.

4 Беспалов А.В. Северная война. Карл XII и шведская армия. Путь от Копенгагена до Перевалочной. 1700–1709. М., 1998. С. 42–49.

Однако инициатива осталась без ответа, и, когда шведский король увяз в Саксонии, государь, имея «обоснованные надежды и весомые амбиции»⁵, распорядился начать наступление на территории Лифляндии. Одновременно Петр структурировал и укреплял армию. В июне 1701 г. генерал-фельдмаршал Б.П. Шереметев собрал в Пскове и Новгороде значительную и дееспособную группу войск и осенью открыл цикл «малых войн» в шведской Ингерманландии. Зимой при Эрестфере⁶ (швед. Эрастфер, нем. Эллисфер) и летом у мызы Гуммельсгоф⁷ он нанес

5 Данков М.Ю. «Начало нашего авантажа…» (К истории штурма Нотебурга войсками Петра Великого в 1702 г.) // Новые материалы по истории фортификации. Статьи и материалы Первой Международной научно-практической конференции «Памятники фортификации: история, реставрация, использование», Архангельск, 18-19 сентября 2009 г. Архангельск, 2012. С. 74–90.

6 Битва при Эрестфере 29.12.1701 / 9.01.1702 г.

7 Сражение у Гуммельсгофа 18/29.07.1702 г.

 

 

Фрагмент картины «Шведские войска на марше». 1676 г.

 

существенный урон армии генерала В.А. Шлиппенбаха⁸. Между тем акватория Ладоги продолжала находиться под контролем неприятеля, что вызывало беспокойство государя. «Допросные листы» шведских военнопленных подтверждали, с весны 1702 г. на озере было десять шкут, с вооружением до 8 орудий на каждом борту. На них находились «ратные люди-голландцы наемные, человек с двести, да с ни ми ж канецкие жители»⁹. В июне 1702 г. П.М. Апраксин, новгородский воевода¹⁰, организовал на соймах и карбасах рейд отряда в 400 солдат во главе с подполковником П.И. Островским для «разору» шведских селений на Кексгольмском берегу Ладожского озера¹¹.

8 Вольмар Антон фон Шлиппенбах (нем. Wolmar Anton von Schlippenbach), генерал-майор [1653–1721]. Главнокомандующий шведским полевым корпусом в 1701–1704 гг. в Лифляндии и Эстляндии. Вице-губернатор Эстляндии с 1705 г. В 1702 г. командовал войсками в битве при Эрестфере и Гуммельсгофе. В 1709 г. захвачен в битве под Полтавой. Поступил на русскую службу, «с таким договором, дабы от того времяни ранг мой почитать как я был генералом маеором у короля швецкаго». В 1714 г. Петром I произведен в генерал-поручики. Его дядя – Густав Вильгельм фон Шлиппенбах, в 1702 г. комендант крепости Нотебург.

9 РГАДА. Ф. 9. Отд. 2. Кн. 2. Л. 38–40.

10 Петр Матвеевич Апраксин (1659–1728), стольник с 1677 г., окольничий с 1689 г. и с 1698 г. новгородский воевода. С зимы 1700 г. руководит набором драгунских полков и командует подразделениями, защищающими от шведских отрядов северо-западную границу России. В 1703 г. нанес удар по шведской флотилии в устье р. Нева и разбил отряд у р. Ижора. В 1704 г. предотвратил десант неприятеля в устье р. Нарова, участник штурма Нарвы. В январе 1705 г. он возглавлял олонецкий отряд, совершивший марш по льду Ладожского озера, разгромивший гарнизон шведского города Sordwall. Графский титул присвоен в 1709 г., сенатор с 1717 г. По делу царевича Алексея арестован в 1718 г., но за недоказанностью признан невиновным. С 1722 г. президент Юстиц-коллегии, а с 1725 г. тайный советник. Родной брат Ф.М. Апраксина, адмирала и президента объединенных Военного Морского и Адмиралтейского приказов.

11 Тимченко-Рубан Г.Н. Первые годы Петербурга. Военно-исторический очерк. С 6-ю чертежами и планами. СПб., 1901. С. 47.

В результате в истоке р. Ворона разведчики натолкнулись на якорную стоянку эскадры вице-адмирала Г. фон Нумерса, состоящую из трех бригантин с 5-12 пушками на борту, трех галиотов, оснащением от 6 до 14 орудий, и двух мореходных лодок. Неожиданная атака русских привела к значительным людским потерям, флагманская бригантина «Джона» и лодка «Аборес» были полузатоплены¹². Через полтора месяца, как сообщает «Журнал Шведских служб П.М. Апраксина от 30 ноября 1702 г.», воевода отправил в Ладогу на 30 лодках тысячный отряд И. Тыртова в сопровождении Низовского полка¹³.

12 Житков К.Г. История русского флота. Период петровский. 1672–1725. СПб. С. 92.

13 ОР РНБ. Ф. 885. Оп. 1. Д. 529. Л. 97–99 (Журнал Шведских служб П.М. Апраксина от 30 ноября 1702 г.).

Завершая поход по «Осударевой дороге» в тайге Карелии, царь 24 августа 1702 г. получил любопытный рапорт П. Апраксина. Документ сообщал, что полковник Тыртов ходил в Ладожское озеро, «плавным караваном» для промыслу, и имел на озере бой со шведскими шкутами, которые «отступили к Орешкову»¹⁴. Через несколько дней¹⁵ у Кексгольма произошла еще одна абордажная атака парусных кораблей шведов. Штиль позволил русским, на гребных судах, ринуться в бой. Нумерс потерял около 300 человек и пять судов, одно из которых оказалось на дне, два сгорели, остальные шкуты попали в плен¹⁶. В бою погиб И.А. Тыртов, сраженный картечью¹⁷.

14 Письма и бумаги императора Петра Великого (далее – ПиБ). СПб., 1887. Т. I. С. 338.

15 27 августа 1702 г.

16 Военно-походный журнал (с 3 июня 1701 по 12 сентября 1705 г.) генерал-фельтмаршала Бориса Петровича Шереметьева, посланного по высочайшему повелению в Новгород и Псков для охраны сих городов и иных тамошних мест от войск шведского короля // Материалы военно-ученого архива Главного штаба / Под ред. А.Ф. Бычкова. СПб., 1871. Т. 1. С. 118.

17 Елагин С.Н. Утверждение России на Балтийском прибрежье // Морской сборник. 1866. С. 119.

Однако настоящим геополитическим прорывом на ладожском фронте стала многодневная, в сентябре - октябре 1702 г., осада русскими войсками Нотебурга, завершившаяся блестящим штурмом цитадели и капитуляцией неприятельского гарнизона¹⁸. Журнал «фелтьмаршала» Б. Шереметева сообщает, в ночь на 12 октября «фортецию неприятельские люди отдали на окорт»¹⁹.

18 Славнитский Н.Р. Утверждение России в Ингерманландии в царствование Петра Великого // Общество. Среда. Развитие. № 2. СПб., 2009. С. 23–34.

19 Военно-походный журнал… С. 122.

«Виктория» стала возможна благодаря уникальному тайному маршу войск Петра I по «Осударевой дороге», соединившей Белое и Балтийское моря²⁰. После недельной осады, 1 мая 1703 г. русские войска, завершив артиллерийскую бомбардировку, овладели при месте впадения р. Охты в Неву²¹ другой шведской крепостью –Ниеншанц (Канцы)²².

20 Данков М.Ю. «Зело желали исполнить…» («Осударева дорога» и атака Нотебурга в октябре 1702 года) // Война и оружие. Новые исследования и материалы. Международная научно-практическая конференция. 12–14 мая 2010 года. Ч. I. СПб., 2010. С. 177–196.

21 Сорокин П.Е. Ландскрона, Невское устье, Ниеншанц. 700 лет поселению на Неве. СПб., 2001. С. 81–99.

22 Крепость Ниеншанц, русское произношение шведского названия Нюенсканс (Nyenskans, «Невское укрепление»), основана в 1611 г. королем Карлом IX. Между тем, начальный город был основан в 1300 г. на мысу при впадении реки Охта в Неву и назывался Ландскрона (Landskrona), позже Ниен (Nyen) и Канцы. В петровское время Шлотбург и Канцы.

Преображенский полк через «невские ворота» вошел внутрь цитадели, а Семеновский – «в полисады»²³. Тогда же государь переименовал фортецию в Шлотбург (голл. Slotburg, Замок-город) и 16 мая 1703 г. приступил к строительству в «новозавоеванной» области имперского Питербурха²⁴.

23 Журнал или поденная записка Петра Великого. Ч. I. СПб., 1770. С. 64–65.

24 Кротов П.А. Основание Санкт-Петербурга: Загадки старинной рукописи. СПб., 2006. С. 79.

Шведский «шанец», несмотря на сообщение австрийского резидента О.А. Плейера, что «русские... усердно укрепляют Ниеншанц»²⁵, был дефортифицирован осенью 1704 г.

25 Устрялов Н.Г. История царствования Петра Великого. Т. IV. Ч. II. СПб., 1863. С. 610.

Это подтверждает находящийся в Государственном архиве Швеции²⁶ недавно опубликованный и проанализированный Т.А. Базаровой разведывательный «Чертеж Ниеншанца и заложенного ныне называемого русского Петербурга, снятый 19 июля 1704 г.»²⁷, выполненный шведским прапорщиком М. Бютнером в полевом лагере И. фон Майделя²⁸.

26 SRA (Stockholm) Defensions-kommisionen. Vol. 121. 21.VII.1704. См.: Базарова Т.А. Сбор сведений о неприятеле русской и шведской армиями во время военных действий в Приневье (нач. XVIII в.) // Санкт-Петербург и страны Северной Европы. Материалы Шестой ежегодной Международной научной конференции. СПб., 2006. С. 51.

27 Базарова Т.А. Планы петровского Петербурга. Источниковедческое исследование. СПб., 2003. С. 36–38; Ее же. Сбор сведений о неприятеле русской и шведской армиями… С. 51.

28 Георг Иоганн (Юхан) фон Майдель (Georg Johan Maidel) [ок. 1647–1710], шведский военачальник, с 1693 г. барон. В 1703 г. генерал-лейтенант, комендант г. Выборг. Командовал армией, предпринявшей несколько безуспешных попыток захватить Петербург.

Таким образом, хотя к 1704 г. Россия держала под контролем гигантскую территорию Ынгрии и Приладожья, положение страны оставалось предельно тревожным. «Шведская пружина» могла выпрямиться уже на начальном этапе существования будущего имперского центра. Первая угроза была связана с походом 4-тысячного корпуса генерал-майора Абрахама Крониорта, который летом 1703 г. решился атаковать строившийся Питербурх, выдвинулся из Выборга, переправился через р. Сестра и захватил заставу у Лахты²⁹.

29 Тимченко-Рубан Г.И. Указ. соч. С. 86.

8 июля 1703 г. у Тоутсельке отряд генерал-майора И.И. Чемберса разбил шведов, которые потеряли от 400 до 1000 человек убитыми и ранеными и отступили к Выборгу³⁰. Через год³¹ к Неве подошел восьмитысячный корпус Майделя и вступил в контактную пальбу с русской батареей, на Березовом острове³². Тогда же флот шведского вице-адмирала де Пруа³³ встал у Кроншлота и попытался высадить десант на Котлин³⁴. После неудачи, «ни единая бомба… не попала, понеже… шведские бомбардирные корабли стояли в дальнем расстоянии, и невозможно… бомбам с корабля в него трафить», эскадра вынужденно удалилась³⁵.

30 Цит. по кн.: Шарымов А.М. Предыстория Санкт-Петербурга. 1703 год. Книга исследований. СПб., 2004. С. 622–625.

31 12 июля 1704 г.

32 Журнал государя Петра I, сочиненный бароном Гизеном // Туманский Ф.О. Собрание разных записок и сочинений, служащих к доставлению полного сведения о жизни и деяниях государя императора Петра Великого. Ч. III. СПб., 1787. С. 430.

33 Шведская эскадра вице-адмирала де Пруа состояла из линейного корабля, 5 фрегатов, 5 бригантин и брандера.

34 Устрялов Н.Г. Указ. соч. Т. IV. Ч. I. СПб., 1863. С. 257.

35 Цит. по кн.: Тимченко-Рубан Г.И. Указ. соч. С. 110.

В начале августа 1704 г. полевой корпус генерал-лейтенанта Г. Майделя также потерпел фиаско и с обидой отступил за р. Сестра³⁶. Любопытен эпизод, когда, выдавая желаемое за действительное, шведский военачальник предлагал русским оставить позиции. Сохранилась депеша от 6 августа 1704 г. петербургского коменданта Р.В. Брюса, отправленная Г.И. фон Майделю: «…в своей земле лежащие крепости и места [не могут] отойтить… и впредь таким писанием... меня да пощадить»³⁷.

36 Цит. по кн.: Там же. С. 111.

37 Устрялов Н.Г. Указ. соч. Т. IV. Ч. II. Прил. 2. № 260. С. 318.

Потерпев неудачу на невском плацдарме, Майдель осенью 1704 г. осуществлял «глубокий» маневр в восточных землях. Армейский рейд по бездорожью на заповедной территории Олонецкого края еще ждет своего исследователя. Считается, что прекрасно оснащенный шведский отряд был быстро «оттуда отбит с уроном»³⁸.

38 Петров П.Н. История С-Петербурга с основания города до введения в действие выборного городского управления. СПб., 1885. С. 49; См. также: Славнитский Н.Р. Оборона Петербурга и Кроншлота в 1704–1705 гг. // Российская государственность: история и современность. СПб., 2003. С. 195–205.

Кампания следующего года вновь не принесла шведам победных лавров, хотя для Петербурга ситуация все еще оставалась форс-мажорной. В начале зимы Г.И. фон Майдель, скорее всего, воспользовался идеей «ледового марша» по Ладоге воеводы П.М. Апраксина, совершившего «разбойное» нападение на шведский город Sordawall. Как бы там ни было, в январе 1705 г. диверсионный отряд К.Г. Армфельта³⁹ численностью в 1000 человек, по льду Финского залива, тайно выдвинулся к Котлину⁴⁰. Однако, потеряв ориентиры, а также из-за ошибки проводника войско заблудилось и не смогло «ударить» по русским заставам. История сохранила еще один план разорения Петербурга, по которому шведы вознамерились захватить о. Котлин, уничтожить Кроншлот и объединенными силами атаковать зарождающийся имперский город⁴¹.

39 Карл Густав Армфельт (Армфельд) (1666–1736), шведский генерал, барон.

40 Устрялов Н.Г. Указ. соч. С. 259.

41 Славнитский Н.Р. Утверждение России в Ингерманландии в царствование Петра Великого… С. 28.

Флот под началом адмирала Анкерштерна⁴² в начале июня 1705 г. подошел к Кроншлоту⁴³, но через полтора месяца был вынужден отступить, «а с нашего берега оных бомбами провожали»⁴⁴. Ранее⁴⁵ отряд Майделя захватил Каменный остров и «пожег» две деревни, но, двигаясь к Шлиссельбургу, натолкнулся на «малый транжемент»⁴⁶ и бесславно отошел к Выборгу.

42 Помимо адмирала Анкерштерна шведским флотом командовал вице-адмирал де Пруа (Депроу) и шаутбенахт Шпар.

43 Шишков А.С. Список кораблям и прочим судам всего российского флота от начала заведения оного до нынешних времен с историческими, вообще о действиях флотов и о каждом судне, примечаниями. Ч. I. Содержащая в себе царствование государя Петра Великого. СПб., 1799. С. 16.

44 Журнал или поденная записка блаженные и вечнодостойные памяти государя императора Петра Великого с 1698 года даже до заключения Ништадтского мира. Ч. I. СПб., 1770. С. 106.

45 19 июня 1705 г.

46 Устрялов Н.Г. Указ. соч. С. 337–342.

Между тем, трудно допустить, чтобы русские безропотно принимали боевые условия, диктуемые неприятелем. Начнем с того, что Тявзинский мирный договор со Шведским королевством в 1597 г. закрепил карельские земли Приладожья за Россией. Однако, при существующей неразберихе, Корельский уезд в 1611 г. был захвачен неприятелем, и по договору 1617 г. территория Ынгрии, Карельского перешейка отошла

 

Гравюра «Шведский военачальник Я. Лагнир». 1660 г.

 

под власть Стокгольма. Более 175 семей Никольско-Сердобольского погоста с 1627 по 1635 гг. мигрировали в глубь страны и получили имя верхневолжских, или тверских, карел. Король Густав II Адольф, теряя контроль над ситуацией, в 1628 г. подписал указ о смертной казни всех, кто стремится «совершить исход на Русь». Король мечтал «пометить» стратегическое пространство на востоке и «закрепить» его в составе своей державы. Политика экономической и реформаторской экспансии в Северном Приладожье продолжалась при королеве Христине (Кристине), а позже при Карле X Густаве и Карле XI. Время, когда шаг за шагом оформлялась прочная, органически спаянная шведская империя на Балтике и в Карелии, в историографии получила название «Эпоха величия»⁴⁷. По примеру Trondhjems l n, на землях Корельского уезда с 1634 по 1721 гг. существовал Кексгольмский лен (Kexholms län) – новая территориально-административная единица Шведского королевства. В северную часть лена входили погосты Сердобольский, Кирьяжский, Пиелисярви, Липери, Иломантси, Китее, Тохмаярви, Пялькярви, Суоярви, Суйстамо, Салми, Уукуниеми, Йоукио и Тиурулцы. До 1635 г. Кексгольмский лен находился в управлении фогта, русского дворянина Р.Л. Лобанова, ранее перебравшегося в королевство. Жители шведского Приладожья были поражены в правах и не имели представительства в Риксдаге, а территория обладала своеобразной налоговой системой и не давала рекрутов.

47 Страшунский Д. Швеция. М., 1940. С. 14.

 

Карта-схема «Sverige». 1658 г.

 

Административная реорганизация шведских земель проходила в несколько этапов. Шведский король Густав II Адольф в письме от 17 июня 1632 г. рекомендовал на «прихваченных» восточных территориях срочно возводить новые города. При генерал-губернаторе Иоганне Скутте и наместнике Генрихе Споре власть смогла лишь декларативно объявить об основании на месте полуразграбленной деревни Келиемяляниеми

 

Картина «Королева Христина». Государственное собрание портретов. Грипсхольм

 

городка Sordawall. В действительности центр ладожской торговой агломерации стал формироваться около 1643 г., при королеве Христине, после инициативы генерал-губернатора Ингерманландии Эрика Гюлленстерна. Тогда Государственный совет Швеции предоставил зарождающемуся городу привлекательные коммерческие привилегии, повелев заселяться не только шведским и финским первопоселенцам лютеранской веры, но и православным зажиточным карельским семьям. Это несколько противоречит традиционному мнению, что из-за «ассимиляторской политики»⁴⁸ после присоединения Ижорской земли к королевству число православных резко пошло на спад⁴⁹.

48 Базарова Т.А. Сбор сведений о неприятеле… С. 50.

49 Кепсу С. Петербург до Петербурга: История устья Невы до основания города Петра. СПб., 2000. С. 104.

Политика «цивилизационного внедрения» с успехом реализовывалась благодаря стараниям Перу Брахе, бывшего губернатора Ингерманландии и Кексгольмского лена, который дважды в 1642 и в 1648–1654 гг. возглавлял Государственный совет Швеции. Представитель истеблишмента вел борьбу с католицизмом и, как ни странно, стремился объединить интересы протестантов и православных⁵⁰. Чиновник «высшего градуса», стоявший у основания Sordawall, называл карел и русских «идолопоклонниками» и «заблудшими», но прагматично настаивал не «радоваться бедам русских», а «извлекать из них урок»⁵¹.

50 Поршнев Б.Ф. Тридцатилетняя война и вступление в нее Швеции и Московского государства. М., 1976. С. 182.

51 Tarkiainen K. De ryska «nationalegenskaperna» enligh svensk uppfattning i borjan av 1600-talet // SSLF. 456. Helsingfors,1973. P. 44–47.

Теперь прикоснемся к загадочной этимологии названия шведского города на берегу Ладоги. По одной из захватывающих гипотез, необычный топоним Sordawall, или Sortavala, переводится как «власть черта». Не случайно финско-шведское «sord/sort» соответствует русскому «черт», а «wall/valta», означает власть. Подобная трактовка названия не удивительна. Считается, что после монашеского освящения Валаама и истового служения Господу нечистая сила была изгнана со «Святого острова» и вынужденно переместилась на континент. В этом смысле, город возник как бы у «черта на рогах», или в русском понимании «у черта на куличках». Здесь проходила восточная «цивилизационная граница» Шведского королевства⁵².

52 Другая лингвистическая версия связана с расшифровкой финского слова «sorttawa», означающего «рассечение», и указывает, что залив Вакколахти Ладожского озера делит город на две части. Автором трактовки о «рассечении» в XIX столетии стал Яков Грот. Еще одна гипотеза приспосабливает название Sordwall-Sortavala к древнерусскому слову «сердоболь» или «сердоволь», означающему «человеческую заботу» или «близкого родственника». Не случайно один из видов шиповника на Русском Севере называется «сердобольник».

Город Северного Приладожья почти сразу же превратился в центр Сордвалльского графства. Для финансирования континентальных войн, в которые Швеция была вовлечена, сначала в Прибалтике и Польше, затем в Германии, требовалось существенное приближение высшего дворянства. Королева Кристина раздавала дворянские и графские титулы, отчуждала участникам военных конфликтов собственные «коронные» и крестьянские «податные» земли. Неслыханные владения дворяне получали просто в дар⁵³.

53 Вейбулль Й. Краткая история Швеции. Стокгольм, 1997. С. 34.

В 1651 г. собственником Приладожской земли стал Густав Банер, которому в единоличное владение перешла земля отца, известного полководца Йохана Банера. Феодальная округа Sordawall, относимая к категории «свободной земли» (fralsejord), тогда же была поименована Сордвалльским графством. Жители освобождались от уплаты налогов «шведской короне», но в полной мере несли повинности в пользу своего хозяина⁵⁴.

54 Страшунский Д. Указ. соч. С. 14.

Считается, что фамильный герб дворянского рода Банеров c ведущим элементом, двумя скрещенными кавалерийскими пиками на геральдическом щите, и лег в основу городской печати и первого герба Sordawall.

В 1680 г. «автономия» графства после «reduktion» – радикального перераспределения земли, была ликвидирована, а земля возвращена «короне»⁵⁵. Масштабы конфискации собственности бывших регентов поражают современных исследователей. Около 30 % дворянских поместий (saterier) перешли под контроль правительства ⁵⁶. И все же в годы русско-шведской междоусобицы 1656–1658 гг. шведский городок на короткое время находился под властью Москвы, при этом много коренных жителей его покинуло. В 1661 г. Корельский уезд, вместе с Sordawall, вернулся в состав Шведского королевства.

55 Там же. С. 15–17.

56 Вейбулль Й. Указ. соч. С. 37.

Однако большая война с Россией назревала, и одним из ее поводов стали «свейские неправды… и учиненные обиды» нашим «царского величества подданным»⁵⁷. В этом смысле хочется прикоснуться к малоисследованному, но важному событию, которое по-прежнему является загадочным и вызывает научные споры. В конце января 1705 г. был организован тайный диверсионный рейд русских ополченцев по торосам Ладожского озера из «Нолонца» (Олонец), завершившийся разгромом гарнизона шведского города Sordawall. Двухтысячный «летучий» отряд возглавлял стольник, новгородский воевода П.М. Апраксин, родной брат Федора Матвеевича Апраксина, главного «адмиралтейца» страны. После поражения русских войск под Нарвой, летом 1702 г. именно ему государь поручил набор драгунских полков, которые совместно со стрельцами и ополченцами приписывались в особый отряд, прикрывавший от врага периферию северо-запада России⁵⁸.

57 Петров А.В. Город Нарва, его прошлое и достопримечательности. СПб., 1901. С. 184.

58 Архив генерал-фельдцейхмейстера Якова Виллимовича Брюса. Т. 1. Письма Я.В. Брюса (1704–1705 гг.) / Публикация подготовлена С.В. Ефимовым и Л.К. Маковской. Научный ред. В.М. Крылов. СПб., Щелково, 2004. С. 131.

 

Картина «Шведский король Карл XI». 1680 г.

 

К сожалению, обстоятельства «ледяного» рейда и сама атака в 1705 г. шведского городка до сих пор имеют ощутимые лакуны. Однако, несмотря на источниковедческий вакуум, признаемся, ответные армейские акции, предпринимаемые в Приневье, Карелии и на землях Северного Приладожья, безусловно, не являлись миролюбивыми.

Метод наскока на врага и быстрого отхода в тыл П.М. Апраксин позаимствовал у шведского генерал-майора Абрахама Крониорта, чей шеститысячный корпус достаточно дерзко себя позиционировал на территории Карелии и Ингерманландии⁵⁹.

59 Сорокин П.Е. Указ. соч. С. 81.

 

Фрагменты гравюры «Передвижение русских войск по льду». Начало XVIII в.

 

Однако русские усовершенствовали партизанскую тактику «поиска». Контролируя пространство, они намеренно уклонялись от крупных боестолкновений, чинили противнику «фокусы» в момент форсирования рек, смело атаковали фуражиров, обозы и арьергардные части врага. Между тем под шумок часто «перепадало» и местному гражданскому населению. Приведем депешу П.М. Апраксина от 10 августа 1702 г. с сообщением, что его отряд «многие мызы великие и всякое селение развоевали и разорили без остатку…»⁶⁰

60 ПиБ. Т. II. Письмо П.М. Апраксина – Петру I от 10 августа 1702 г. СПб.,1889. С. 387.

Подобная жестокость пришлась не по нраву Петру I, который перед выходом на «Осудареву дорогу» 17 августа 1702 г. Отвечал военачальнику из Нюхчи Волостной: «А что… разорено и вызжено, и то не зело приятно нам, о чем словесно вам говорено… а разорять или брать лутче городы, неже деревни, которые ни малаго супротивления не имеют…»⁶¹ Стремление государя, чтобы «в Ижорской земле никакова разорения не чинить» ⁶², было не спонтанным, а скорее рациональным, хотя на деле получалось иначе. Известен случай, когда запорожские казаки ходили в январе 1704 г. под Кексгольм, где взяли «в полон» 40 крестьян из д. Гухты Корельского уезда да впридачу захватили 11 пахотных лошадей и 14 коров⁶³.

61 ПиБ. Т. II. Письмо Петра I П.М. Апраксину от 17 августа 1702 г. № 444. СПб.,1889. С. 78.

62 Цит. по: Базарова Т.А. Сбор сведений о неприятеле… С. 50.

63 Архив СПб ИРИ РАН. Ф. 276 («Издательский фонд»). Оп. 1. Д. 108. Л. 26. См.ьбтакже: Базарова Т.А. Сбор сведений о неприятеле… С. 50.

Нельзя не отметить, что русские офицеры и солдаты воспринимали население северо-западных земель с неприкрытой враждебностью. В одной из депеш Б.П. Шереметева к царю, в мае 1703 г., отмечалось: «Чухна не смирны, чинят некия пакости и отсталых стреляют», да и «русские мужики к нам неприятны»⁶⁴.

64 ПиБ. Т. II. Прим. № 532. СПб., 1889. С. 555.

Между тем «не зело приятная… говоренность» монарха П. Апраксину не помешала государю поддержать воеводу в другом: «А промысл над людми неприятелским чинить, сколько Бог даст помощи, к лутчему, также скот надобно, сколько возможно, доставать…»⁶⁵

65 ПиБ. Т. II. Письмо Петра I – П.М. Апраксину от 17 августа 1702 г. № 444. С. 78.

Как бы там ни было, к январю 1705 г. на юго-восточном берегу Ладоги в районе Олонца русское командование сосредоточило гигантскую силу, около шести тыс. человек, это примерно 10 % всей действующей армии ⁶⁶. В межозерье была выстроена оборонительная линия, проводилась рекогносцировка, войска занимались военной тактикой. В начале зимы 1705 г. боевая группа ополченцев Контушской и Туломозерской застав совершила глубокую разведку в пограничных землях шведов. Лишь после проверочной акции сводный отряд Петра Апраксина в составе 1300 пехотинцев и 700 кавалеристов⁶⁷, на лыжах и лошадях с волокушами и артиллерией, решился на дерзкий 150-километровый ледовый марш к дальнему «свейскому рубежу».

66 Пулькин М.В. Карелия в русско-шведских войнах XVIII в. // Санкт-Петербург и страны Северной Европы: Материалы Шестой ежегодной Международной научной конференции. СПб., 2005. С. 46.

67 Там же.

В 40 верстах к югу от Sordawall русские сходу атаковали позиции 2-х шведских «кадрированых» полков, в которых, по показаниям пленных, в 1704 г., до взятия Нарвы, служило до 1200 человек. Последующие потери уменьшили численный состав ладожского авангарда в два раза. В битве за Sordawall из 600 солдат и офицеров шведы потеряли до 300 человек убитыми и свыше 50 пленными, остальные ретировались или оказались в плену ⁶⁸.

68 Там же.

В течение нескольких дней «королевский» город с трудом переживал кураж победителя. Ненавистный Sordawall сначала был ограблен, а затем почти до основания сожжен… Дислоцированный в Выборге 8-тыс. корпус генерала Майделя на помощь не подошел, помешали тяжелые зимники и внезапность русской операции. Ну а государь отметил поход П. Апраксина: «Зело, с удовольствием уразумев от вас нарочитого поиску над неприятелем».

 

Картина «Последний шаг шведского солдата в Карелии». Художник Г. Горансон

 

Между тем, разрозненные шведские отряды продолжали диверсионные вылазки, довольствуясь «убийственными» для карельских крестьян набегами на Приладожские земли. Еще в 1704 г. в пограничной Кондушской волости, на юго-восточном берегу Ладожского озера, неприятель «пожег» и разорил 27 крестьянских дворов. Через год захватчики уничтожили 7 дворов в Нялмозерской волости, а в 1706 г. 26 дворов в Видлицкой волости⁶⁹. Учитывая отсутствие архивных источников о рейде, безусловно, представляет интерес любопытное «бытовое» описание захвата отрядом П. Апраксина шведского городка. Подлинное свидетельство, до сих пор не переведенное на русский язык, в 1932 г. опубликовал в монографии «Sortavalan Kaupungin historia. Sortavala» финский исследователь U. Karttunen⁷⁰. Оказывается, к зиме 1705 г. в купеческом городке Sordawall «проживало около 200 горожан, занимавшихся торговлей» ⁷¹. Власть поддерживалась магистратом, бургомистром и несколькими ратманами, а также гражданскими и судебными чиновниками и представителями духовенства. Горожане имели «свои суда, на которых… совершали торговые поездки во многие города», и освобождались «от таможенных пошлин на ввозимые товары»⁷².

69 Там же. С. 47.

70 Автор выражает признательность за предоставление информации А.М. Пашкову и благодарит А.А. Пашкову, за любезный перевод с финского языка фрагмента текста монографии U. Karttunen «Sortavalan Kaupungin historia. Sortavala». Cit. 1932.

71 Karttunen U. Sortavalan Kaupungin historia. Sortavala. Cit. 1932. P. 50.

72 Ibid.

Безымянный современник, очевидно житель Sordawall, сообщал, утром 28 января 1705 г. «ратман Антти Тухканен с купцом Олли Раутиайнен и кучером Лаури Рюлккинен» снарядили небольшой обоз и отправились в путь. «Выехав на лед озера Кармаланъярви» к северо-востоку от городского центра, они случайно «заметили отряд русских», после чего бросили «обоз и скрылись в лесу». Очевидец указывает, «русские пришли из Олонца неожиданно». Диверсионный отряд напал на незащищенный город внезапно и нанес ему существенный урон, в результате чего тот «был разрушен, жители частью погибли», а другие «взяты в плен». Имущество потрясенных горожан «было разграблено», берега Ляппяярви «опустели», а городок «уничтожен». Также сохранилось известие, что «пастор Андреас Ахоскиус попал в плен» и по жестокому закону победителя «был казнен». Мирные жители, опасаясь за свою жизнь, в страхе «бежали в малые деревни и хутора, в сторону Туокслахти». Прошло полтора года после налета П.М. Апраксина на Sordawall, и осенью 1706 г. «некоторые горожане начали возвращаться». Источник отмечает, «первое заседание городского суда» состоялось лишь 2 октября 1706 г. На общем «сборе» присутствующие призвали всех оставшихся в живых «возвращаться и отстраивать свои жилища». Хотя признавалось, что «время… тревожное, и суды Салми, Суйстамо… проводились то в Пялкъярви, то в Реускула или в Ихаланйоки». При этом городок Sordawall после «большой вражды» превратился в маленькое «торговое село»⁷³.

73 Ibid. P. 57–59.

Как бы там ни было, ладожский город окончательно вошел в состав Российской империи лишь после подписания в 1721 г. Ништадтского мирного договора. Территория Приладожья, около столетия находившаяся под властью шведов, наконец-то была включена в «новое» политическое пространство. В то же время точных свидетельств о времени переименования шведского городка Sordawall в русский Сердоболь не сохранилось. Считается, что новое название даже могло появиться в августе 1710 г., когда горожанам просто приглянулось близкое по фонетике словообразование «сердоболь». Однако шведы еще долго испытывали страх, видя, как царь Петр I, перехватив инициативу у Карла XII, вернул не только отторгнутые после Смуты территории, но ухитрился присоединить к России другие пограничные земли королевства, включая богатые Эстляндию и Лифляндию ⁷⁴.

74 Анисимов Е.В. Рождение империи // Вопросы истории. 1989. № 7. С. 19–20

Завершая повествование о «зоне территориальных притязаний» и боевых действиях в Ынгрии и на северо-западе Ладоги в начале XVIII в., признаемся, марш-бросок отряда П.М. Апраксина в тыл неприятеля являлся не только устрашающей акцией, но, скорее, демонстрировал необратимое желание «молодой» России закрепиться на Балтийском побережье. Это была первая в новой истории страны «яркая» попытка освободить Приладожскую землю от шведского владычества.